Не раскопки — а сохранившиеся места, которые несут историю одного из четырёх святых городов иудаизма. От основания на Сирийско-Африканском разломе как места заседания Синедриона, через древние поселения, убежище знатной женщины, до стен, возведённых бедуинским правителем. Проследите жизнь города, глава за главой.
Как город, построенный над кладбищем, стал столицей еврейского учения.
История Тверии начинается с её уникальной географии вдоль Сирийско-Африканского разлома, формирующей водную динамику Кинерета (Галилейского моря) и создающей уникальные микроклиматы. Это геологическое основание поддерживает город, обладающий статусом одного из четырёх святых городов иудаизма (наряду с Иерусалимом, Хевроном и Цфатом), исторически признанный местом заседания Синедриона.
Ирод Антипа построил Тверию около 20 г. н.э. как свою галилейскую столицу, назвав её в честь императора Тиберия — и невольно основал её на месте древнего кладбища, что заставило соблюдающих евреев поначалу избегать её. После падения Иерусалима и опустошения Иудеи ситуация изменилась: мудрецы двинулись на север, и Тверия стала крупнейшим еврейским городом Галилеи, где была составлена значительная часть Мишны и Иерусалимского Талмуда, и где масореты позже зафиксировали текст еврейской Библии, отражённый в Алеппском кодексе. (О раскопанном римском городе см. Археологию.)
Великий кодификатор и врач умер в Египте, но был перевезён для захоронения в Тверию — потому что, как он писал, Синедрион однажды снова соберётся здесь. Красная пергола в форме пламени отмечает сегодня это место, рядом с могилами раби Йоханана бен Заккая и других выдающихся мудрецов. Из всех могил города эта вызывает наименьшие сомнения у историков.
Комплекс с синими куполами над горячими источниками содержит могилу рабби Меира, «чудотворца», ведущего мудреца II века, который просил похоронить его стоя, чтобы встретить Избавление. На холме над ним находится традиционная могила рабби Акивы. Вместе они сделали Тверию местом еврейской памяти задолго до её восстановления.
Завоевание при Хаттине, а затем попытка XVI века восстановить еврейский город.
Крестоносцы построили новую укреплённую Тверию к северу от римского города. Участок их стены XII века до сих пор стоит во Дворе евреев, некогда окружённом заполненным водой рвом. Крепость пала перед Саладином в июле 1187 года, спустя несколько дней после его решающей победы у близлежащих Рогов Хаттина — поворотного момента для всего королевства крестоносцев.
Донья Грасия Мендес Наси — одна из богатейших женщин эпохи Возрождения — и её племянник Дон Йосеф Наси получили Тверию от султана Сулеймана Великолепного, чтобы восстановить её как убежище для евреев, бегущих от инквизиции, возведя к 1566 году новые стены. Война с Венецией сорвала этот план, но история продолжает жить в музее и отеле.
Непосредственные окрестности Тверии в большом бассейне Кинерета фундаментальны для региональной истории. Включая соседнюю гору Арбель и древние поселения, разбросанные вдоль побережья Галилейского моря, эти места иллюстрируют глубокую римскую и византийскую историю, проложившую путь к эпохе крестоносцев.
Бедуинский правитель укрепляет Тверию, и старый город принимает форму, по которой вы до сих пор гуляете.
Бедуинский правитель Дахир аль-Омар укрепил Тверию около 1740 года, возведя чёрную базальтовую стену с 21 круглой башней по прежней линии Доньи Грасии. Её западный участок сохранился над магазинами улицы ха-Галиль; накренившаяся «падающая башня» в юго-восточном углу, покосившаяся в 1837 году, стала символом города.
В северо-западном углу стены сын Дахира аль-Омара построил двухэтажную базальтовую цитадель в 1745 году с четырьмя угловыми башнями, возведёнными из переиспользованного древнего камня. Рядом стояла Серая, османская резиденция власти — административное сердце укреплённого города.
От города за стенами сохранились две мечети османской эпохи — Большая мечеть Эль-Омари и, прямо на набережной, мечеть аль-Бахри, «Морская мечеть», минарет которой возвышается среди ресторанов променада как одна из самых фотографируемых руин на побережье.
Земля, подаренная рабби Хаиму Абулафии Дахиром аль-Омаром, чтобы привлечь евреев обратно в город. Вокруг двора стоят синагога Абулафия (сефардская), восстановленная после землетрясений 1759 и 1837 годов, синагоги Карлин-Столин и Хабад — сохранившееся ядро старого квартала, дома которого были расчищены после 1948 года.
Францисканская церковь на набережной стоит на фундаменте времён крестоносцев и выполнена в форме перевёрнутого корпуса рыбацкой лодки, в честь Петра-рыбака. Внутри — символы четырёх Евангелий; во дворе — копия римской статуи Святого Петра.
В 1885 году шотландский врач и священник Дэвид Уотт Торранс открыл миссионерскую больницу, лечившую людей всех вероисповеданий, переехав в 1894 году в базальтовый комплекс, который сегодня стал знаменитым отелем Scots. Скромная церковь Святого Андрея и её сад до сих пор принимают концерты — тихая реликвия викторианской главы истории Тверии.
В новогодний день 1837 года мощное землетрясение обрушило стены и сравняло с землёй большую часть Тверии, унеся жизни около 600 человек. Почти всё, что вы видите в старом городе, построено после того дня; падающая башня и треснувшие синагоги — его шрамы. Современные первопроходцы основали соседние киббуцы, такие как Дгания, изменив демографический ландшафт региона на протяжении XX века. Сегодня уцелевшие стены, мечети, церкви и синагоги — охраняемые памятники.
